Исторические аспекты теории и практики информационно-психологического воздействия

E-mail Печать

Введение

Теория информационно-психологического воздействия начала формироваться еще в древние века. Опыт всех войн, которые вело человечество, наглядно свидетельствует о том, что их исход в конечном итоге зависит от двух факторов: материального и морального. Полководцы многих стран знали издавна, что бороться с неприятелем можно не только вооруженными средствами, но и путем целенаправленного воздействия на сознание и психику людей, и пытались использовать информационно-психологическое воздействие (ИПВ), т.е. целенаправленное производство и распространение специальной информации, оказывающей непосредственное влияние на функционирование информационно-психологической среды общества, психику и поведение населения, военнослужащих для ослабления морального духа и боевой мощи противника.
Учебные вопросы:

1. Формирование основ теории и практики информационно-психологического воздействия на противника

2. Информационно-психологическое воздействие на войска и население противника в годы первой и второй мировых войн

ЛИТЕРАТУРА:

1. Беглов С. И. "Внешнеполитическая пропаганда", М. 1993 г.
2. Почепцов Г. Г. "Теория и практика коммуникаций", М. 1998 г.
3. Лайнбарджер П. "Психологическая война", М. 1962 г.
4. Почепцов Г. Г. "Психологические войны", М. 2000 г.
5. Крысько В. Г. "Секреты психологической войны", Мн. 1999 г.

Перечень ссылок в тексте:

  1. Геродот. История. В 9-ти кн. Л., 1972, стр. 26.
  2. Геродот. История. В 9-ти кн. Л., 1972, стр. 383.
  3. Геродот. История. В 9-ти кн. Л., 1972 г., стр. 383.
  4. Конрад Н.И. Сунь Цзы. Трактат о военном искусстве. М., 1950 г., стр. 43
  5. Ло Гуань Чжун. "Троецарствие". Госиздат худ. лит., 1954 г., т. 1, стр. 71.
  6. Черняк Е. Б. Химеры старого мира. М., 1970 г., стр. 10.
  7. Манфред А. З. Наполеон Бонапарт, стр. 145.
  8. Sturminger A. 3000 Jahre Politische Propaganda, S. 195.
  9. Wust R. La guerre psychologique. Lausanne, 1954, p. 17.
  10. Тарле Е.В. Соч., т. IV, стр. 497.
  11. Тарле Е.В. Соч., т. IV, стр. 467.
  12. Тарле Е.В. Соч., т. IV, стр. 495.
  13. Черняк Е. Б. Химеры старого мира. М., 1970 г., стр. 50-51.
  14. Дубровин Н. Отечественная война в письмах современников (1812-1815). Спб, 1882г., стр. 486.
  15. Martin J. International Propaganda. Minneapolis, 1958, p 6.
  16. Селезнев И. А. Война и идеологическая борьба. М., 1964 г., стр. 44-45.
  17. Lasswell H. Propaganda Technique in the World War, New-York, 1927
  18. Lasswell H. Propaganda Technique in the World War, New-York, 1927, p. 3.
  19. Людендорф. Мои воспоминания о войне 1914-1918 гг., изд. ВВРС, 1923 г., стр 288.
  20. Warburton P. G. E. The Psychological Schield and Weapon // Army, Navy and Air Force. Gazette, 1935, № 3933, June, p. 456.
  21. Селезнев И. А. Война и идеологическая борьба. М., 1964 г., стр.50.
  22. Почепцов Г. Г. Теория коммуникации. М. Центр, 1998 г., стр. 103.
  23. Лайнбарджер П. Психологическая война, М., 1962 г., стр.268-272.
  24. Daugherty W., Janowitz M. A Psychological Warfare Casebook, p. 671.

1. Формирование основ теории и практики информационно-психологического воздействия на противника

Информационно-психологическое воздействие с целью оказания влияния на психику и поведение военнослужащих и население противника применялось уже в вооруженных столкновениях племен в эпоху разложения первобытнообщинного строя и в войнах рабовладельческих государств.
Самым древним способом подрыва морального состояния противника является устрашение его своей (иногда мнимой) боевой мощью. Например, монгольский предводитель Чингиз-хан и карфагенский полководец Ганнибал еще до начала сражения преднамеренно распускали слухи о "новом секретном оружии" - боевых слонах, "огненных змеях", ядовитом дыме и т. д.
Перед походом в Грецию в 480 г. до н.э. персидский военачальник Ксеркс в целях максимального эмоционального воздействия на противника распространял слухи о многочисленности своего войска. Он утверждал, что "если все персидские войны выстрелят из луков, то стрелы затмят солнце".
Кроме того, осознавая недостаточность доведения информации устрашающего характера по каналу "из уст в уста", Ксеркс осуществил обратный отпуск греческого лазутчика, предварительно продемонстрировав ему многочисленность персидского войска.
В ходе войны с греками Ксеркс активно использовал для оказания воздействия на эллинов и так называемую "пятую колонну". В роли "пятой колонны" выступали жрецы Дельфов, занимавших персофильскую позицию. Они доводили до эллинов оракулы (предсказания) о неминуемом поражении. Впоследствии, когда греки победили, жрецы, чтобы оправдаться перед современниками и потомками, изобрели версию о "чуде", якобы совершенном богами, помогшими дельфийцам внести решающий вклад в победу над варварами1.
Противостоящие персидским войскам афиняне также не оставили без внимания возможность использования информационно-психологического воздействия. В частности была предпринята попытка внести раскол в рядах сторонников персов. Фемистокл, чтобы предотвратить участие на стороне Ксеркса этнических греков ионийцев, обратился к ним со следующими словами, высеченными на камне, куда ионийцы приходили за пресной водой: "Ионяне! Вы поступаете несправедливо, идя войной на своих предков и помогая (варварам) поработить Элладу. Переходите скорей на нашу сторону! Если же это невозможно, то по крайней мере упросите карийцев поступить так же. А если не можете сделать ни того, ни другого, если вы скованы слишком тяжелой цепью принуждения и не можете ее сбросить, то сражайтесь как трусы, когда дело дойдет до битвы. Не забывайте никогда, что вы произошли от нас и что из-за вас первоначально пошла у нас вражда с персидским царем"2
Греческий историк Геродот, описавший этот эпизод, отмечал, что автор обращения действовал "с двойным умыслом: либо ионяне изменят персам и перейдут к эллинам, либо Ксеркс, получив донесение об этом, возьмет под подозрение ионян и сам не позволит им участвовать в морских битвах".3
Первая попытка обобщить основные направления деятельности по ослаблению морально-психологического потенциала войск и населения противника была предпринята в Китае 500 лет до н. э. в одном из древнейших трактатов по военному искусству. По мнению автора трактата, известного полководца Сунь-Цзы, основные способы воздействия на психику и поведения противника сводятся к следующему:

  • "разлагайте все хорошее, что имеется в стране вашего противника";
  • "вовлекайте видных представителей вашего противника в преступные предприятия";
  • "подрывайте их престиж и выставляйте в нужный момент на позор общественности";
  • "используйте сотрудничество самых подлых и гнусных людей";
  • "разжигайте ссоры и столкновения среди граждан вражеской страны";
  • "подстрекайте молодежь против стариков";
  • "мешайте всеми средствами деятельности правительства";
  • "препятствуйте всеми способами оснащению, обеспечению и наведению порядка в вооруженных силах";
  • "сковывайте волю противника бессмысленными песнями и музыкой; обесценивайте все традиции и богов ваших врагов";
  • "посылайте женщин легкого поведения с тем, чтобы дополнить дело разложения";
  • "будьте щедры на предложения и подарки для покупки информации и сообщников, не экономьте ни на деньгах, ни на обещаниях, так как они приносят богатые дивиденды".4

В рабовладельческий период опыт ведения боевых действий был обобщен в Индии в виде "Законов Ману", в которых наряду с чисто военными вопросами излагались моральные основы войны. В соответствии с одной из рекомендаций "Законов Ману" воюющей стороне следовало активно "поощрять к мятежу тех из войск противника, кто склонен к этому".
Дальнейшее развитие военного искусства неизменно сопровождалось совершенствованием форм информационно-психологического воздействия. Ко II веку относится использование такого самостоятельного приема информационно-психологического воздействия, как провозглашение справедливого характера войны со своей стороны и несправедливого со стороны противника. Этот прием широко использовался в войнах древнего Китая на протяжении значительного периода времени. Написанное до начала войны или же в самом начале вооруженного столкновения, политическое обвинение служило в ходе всей войны основным документом для обоснования законности действий стороны, написавшей его. В книге китайского историка и писателя Ло Гуань Чжуна "Троецарствие" приведен текст такого документа, написанного около 200 г.: "Цао Цао и его единомышленники, движимые чувством великого долга, объявляют всей Поднебесной: злодей Дун Чжо совершает преступление против Неба и губит землю. Он убил государя и разоряет государство, оскверняет дворец и терзает народ. Лютый и бесчеловечный, он виновен во многих подлых проступках. Ныне мы получили секретный приказ императора собирать войско. Клянемся, что очистим империю и уничтожим разбойников. Мы уповаем на то, что вы тоже поднимите войска, дабы совместно с нами излить свой справедливый гнев, поддержать правящий дом и спасти народ. Выступайте немедля, как только получите этот клич".5
Рабовладельческий период войн в области формирования теории ИПВ на противника дал многое. Достиг известного совершенства способ устрашения и распространения с этой целью слухов-пугал. В примитивной форме возникло понимание важности обострения противоречий в лагере противника и внесение раскола в его ряды, использование так называемой "пятой колонны". Получило развитие применение такого приема ИПВ как провозглашение справедливого характера войны со своей стороны и несправедливого, поработительского характера со стороны противника.
С наступлением христианства (а на Востоке - ислама) в ходе оказания ИПВ значительную роль стал играть религиозный фактор. Особенно это проявилось в ходе идейно-пропагандистского обеспечения крестовых походов. Официально целью этих походов, организованных феодальными государями Европы и Папой Римским, было освобождение "гроба господня" в Иерусалиме. Эта версия удовлетворяла необходимость замаскировать истинные захватнические цели светских и церковных руководителей, их стремление овладеть легендарными богатствами Востока.
Наряду со стратегической линией церковной пропаганды, изображавшей агрессивные войны как войны священные в ходе крестовых походов отрабатывались приемы, которые впоследствии стали типичными для психологической войны. К ним можно отнести дискредитацию противника путем распространения версии об их зверствах, разжигание разногласий между государствами Востока и т. д.
Не менее активно использовали каноны религии и мусульманские завоеватели, державшие своих подданных в состоянии перманентной "священной войны" (джихад, газават), в ходе которой догмы непримиримости к иноверию уживались с тактическими хитростями. Тем, кого стремились обратить в мусульманство, сулили различные привилегии, включая освобождение от налогов или рабства.
В феодальный период получил свое развитие метод пропагандистской фальсификации. В частности, для обоснования претензий на управление частью Римской империи в канцелярии римского папы Стефана III (VIII в.) был подготовлен документ о "донации" (даре). В ней преподносилась как подлинная версия о том, что еще в IV веке папа Сильвестр исцелил от проказы римского императора Константина, который превратил недавно еще гонимое христианство в государственную религию. "Благодарный за излечение Константин подтвердил права римского епископа как главы христианской церкви и передал ему верховную власть над городом Римом, Италией и западными провинциями империи, а сам удалился в свою новую столицу Византию (Константинополь)".6
К ХШ веку относится один из первых исторических примеров применения дезинформации в военных целях. Связан этот пример с вторжением монголов в Венгрию в 1241 году. Разбив венгров и их союзников на реке Шайо, монголы среди захваченных трофеев нашли королевскую печать. По приказу Батыя грамотные пленные от имени короля Белы написали на венгерском языке указ о прекращении сопротивления, копии которого, скрепленные королевской печатью, были разосланы в разные концы еще не завоеванной страны.
Дальнейшему развитию теории и практики ИПВ способствовала крестьянская война в Германии (начало XVI в.), в ходе которой получила развитие линия, направленная на дискредитацию руководителя движения или командующего войсками в глазах его последователей и подчиненных. Так, противники Мартина Лютера пытались скомпрометировать вождя Реформации, выпуская многочисленные порочащие его листовки. В дальнейшем дискредитация военно-политического руководства стала одним из наиболее интенсивно применяемых способов ИПВ на войска и население противника.
Достижения искусства графики позволили широко применять иллюстрированные листовки. Начали издаваться и информационные листовки, извещавшие аудиторию о каком-либо событии.
История дает нам примеры, когда ИНВ приводит к нежелательным результатам, срабатывает так называемый "эффект бумеранга". Так, в XVI веке испанцы при подготовке к высадке своих войск распространили в Англии тайно напечатанный памфлет против Елизаветы I, в котором незамужняя королева обвинялась в распутстве. К обратному эффекту данное сообщение привело в связи с тем, что его авторство приписывалось эмигрантским кругам. В результате на сторону королевы стали даже те, кто до этого ее не почитал. Чтобы избежать подобных ситуаций, например, в ходе "холодной" войны, было признано более целесообразным вести радиовещание на противника с иностранным акцентом, чтобы сообщение не ассоциировалось с образом предателя.
Войнами периода феодальной раздробленности рожден и такой прием внешнеполитической пропаганды, обращенный против враждебной стороны, как обвинение ее в претензиях на мировое господство, что было, например характерно для Тридцатилетней войны, когда подобные намерения приписывали друг другу соперничавшие властители Швеции, Франции и Германии.
К концу феодального периода войн роль материалов ИПВ и важность обеспечения условий для их широкой циркуляции возрастает. В связи с появлением полиграфических средств появилась возможность для изготовления и распространения печатных материалов ИПВ. Средства речевой выразительности стали широко дополняться графическим оформлением, разъяснявшим основную мысль текста и улучшавшим его запоминаемость.
Все достижения теории и практики ИПВ последнего этапа феодального периода войн были унаследованы и развиты мануфактурным периодом. В это время получила широкое распространение печатная пропаганда.
Заслуживает особое внимание вклад в развитие теории и практики ИПВ внесенный Наполеоном Бонапартом. На первом этапе Наполеон выбрал для себя роль "полководца революции". Расширяя границы французской империи, он придумывал благовидные предлоги для объяснения необходимости вторжения на территории других стран. Так, оккупацию Италии Наполеон обосновывал необходимостью освобождения этой страны от власти австрийского императора, а вторжение в Россию проводил, якобы, с целью свержения царского самодержавия, установления республиканской формы правления и отмены крепостного права.
Главными материалами ИПВ во французских войсках явились военные бюллетени или приказы по армии. Их адресатами были не только войска, но и широкая публика как во французском тылу, так и на оккупированных территориях. Кроме приказов важную пропагандистскую роль играли манифесты, воззвания к местному населению, а также различного рода письма и обращения к местным влиятельными деятелям.
В обращении к народу Ломбардии (северная Италия) говорилось: "Французская республика дала клятву ненависти к тиранам и братства с народами..."7. Но тут же следовало объяснение, что для победы над австрийской тиранией нужны средства и что 20 млн лир контрибуции, наложенных на Ломбардию, служат этой цели.
В ряде случаев Наполеон лично сочинял обращения. Так, в ходе египетского похода он пытался найти подход к шейхам и имамам, используя, в частности, противоречие между верхушкой мусульманства Египта и папской католической церковью. Наполеон решил обыграть тот факт, что борьба Франции за Мальту являлась одновременно борьбой и против католического ордена, который владел Мальтой.
Вот текст его обращения: "Скажите народу, что мы - друзья правоверных мусульман. Разве мы не уничтожали мальтийских рыцарей потому, что эти безумцы верили, будто бог хочет, чтобы они воевали с мусульманами?.. Трижды счастливы будут те, кто будет с нами. Они преуспеют в своем имущественном положении и карьере. Счастливы те, кто останется нейтральным. У них будет время познакомиться с нами, и они перейдут на нашу сторону. Но горе трижды горе тем, кто с мамелюками, возьмет в руки оружие и будет против нас сражаться! Для них нет надежды, они погибнут"8.
Историки отмечают многие качества этого документа, этого призыва, которые, по их мнению, могли бы служить образцом в подборке средств информационно-психологического воздействия. Первое - выбор адресата, религиозная и светская верхушка Египта, а не простой народ, который был безграмотным. Второе - имитация слога привычного для арабов. Третье - подбор доходчивых аргументов, в основе которых лежит небольшая часть правды: Наполеон действительно воевал с Папой и мальтийскими рыцарями, но вовсе не потому, что они были противниками мусульман. Четвертое - четкое указание на желаемую форму поведения с использованием сочетания посул и похвал.
Чем дальше за пределы Франции простирались притязания Наполеона на господство, тем больше проявлялся захватнический характер его устремлений, и тем меньше служил ему потенциал революционной идеологии недавнего прошлого. Второй этап Наполеона-пропагандиста - этап создания централизованного контроля за умами.
Наполеон придавал большое значение газетам. Известно его изречение: "Четыре газеты смогут причинить врагу больше зла, чем стотысячная армия"9. Сознавая в полной мере силу воздействия печати на формирование общественного мнения, Наполеон дифференцированно подходил к деятельности органов печати внутри страны и за рубежом. Во Франции он изъял из сфер обсуждения газет всю внутреннюю и внешнюю политику и сократил количество газет с 73 до 13.
Что касается газет, предназначенных для утверждения его власти в оккупированных странах, то они играли в глазах Наполеона значительно более важную роль. "Завладейте газетами и управлением",10- приказывает Наполеон Мюрату в начальный период захвата Пиренейского полуострова, требуя наводнить Испанию памфлетами против низвергнутой династии. В каждой оккупированной стране он основывал официальный печатный орган: "Газетт де Мадрид", "Газетт де Берлин", "Журналь дю Капитоль" (Рим) и др.
При изложении материалов на страницах наполеоновской прессы получили широкое распространение методы замалчивания и дезинформации. Так, было запрещено писать о революции, о Бурбонах, а затем и римском престоле. Чтобы скрыть свои намерения развязать агрессию против России Наполеон запретил публикацию материалов антироссийской направленности. "До 1807 года можно было писать о России, но по возможности бранное, после 1807 года тоже можно, но непременно похвальное"11, - писал историк Тарле Е. В.
Что касается дезинформации, то Наполеон считал, что ее целесообразно использовать в целях введения противника в заблуждение. Однажды некая газета привела точные данные о численности французских войск на одном из участков, в связи с этим Наполеон заметил: "Если б газета учетверила число, - еще можно было бы допустить!"12. В другом случае он дает прямое директивное указание князьям вассальных государств, чтобы они не только посылали ему подкрепление, но и сопровождали эти действия сообщениями печати, удваивающими число отправленных войск.
Многочисленные письменные указания министру полиции и другим службам, оставшиеся в архиве Наполеона свидетельствовали о том, что он широко прибегал к такому способу ИПВ, как инспирирование прессы.
Инспирирование - это передача СМИ версий с политическими оценками событий или намерений сторон с побуждением (скрытым или открытым) аудитории к действиям, отвечающим интересам источника.
Одновременно применялся и метод подкупа иностранной прессы. Так, в 1802 году английская разведывательная служба сообщила из Парижа в Лондон о том, что агент Наполеона Фьев поехал в Англию со специальной миссией - найти доступ к редакторам английских газет для того, чтобы обеспечить каналы воздействия на население Англии.
В ходе ведения боевых действий пропагандисты Наполеона широко привлекали военнопленных и дружественно настроенных лиц для составления обращений к военнослужащим и населению противника. В армии Наполеона была собственная походная типография, которая могла выпускать листовки довольно значительными по тем временам тиражами - до 10 тыс. экземпляров в сутки.
Историк Е. Б. Черняк следующим образом характеризовал наполеоновскую пропаганду: "В [ней] легко обнаружить в более или менее развитом виде многие характерные черты психологической войны - утверждения о единстве в собственном лагере и разлады у противников; дифференцированный подход к различным группам; замалчивание неблагоприятных известий и выпячивание выгодных, пусть и маловажных, новостей; использование доводов от соответствующим образом фальсифицированной истории; выдвижение легкодоступных лозунгов; постоянное повторение особенно полезных и удобных тезисов, включая и явные фальшивки; искажение сведений и аргументов враждебной печати; настойчивые попытки осмеяния неприятеля; обвинение его в собственных преступлениях или действиях, за которые несли в равной степени ответственность обе стороны и т. д."13.
Успешную пропаганду на войска и население противника вели русские полководцы А. В. Суворов и М. И. Кутузов.
А. В. Суворов в 1799 г. в ходе итальянского похода русской армии впервые осуществил психологическую операцию как составную часть единого плана боевых действий. Приемлемая для объекта воздействия оценка обстановки, убедительная аргументация и образный язык сделали обращение Суворова к солдатам пьемонтской армии весьма действенным: на сторону русско-австрийских войск пьемонтцы переходили не только поодиночке, но и группами, и даже целыми частями.
Письменное обращение к народу Польши М.И. Кутузова, датированное 27 декабря 1812г., впервые использовалось как листовка-пропуск (так называемая охранная грамота). Обращение имело в конце особую оговорку: "Экземпляр сего объявления всякому, имеющему оный, служит вместо охранного листа". Это был прообраз листовки-пропуска в плен, которые активно использовались в войнах и вооруженных конфликтах ХХ века.
Командование российской армии также умело использовало обратный отпуск военнопленных в целях пропаганды плена. Так, в начале 1813 года французское командование, обеспокоенное участившимися случаями сдачи в плен, объявило по армии, что все солдаты по возвращении из плена будут продолжать свою службу еще в течение 25 лет, а те, кто закончит кампанию в рядах армии, навсегда будут освобождены от дальнейших призывов. Во французских войсках объявили также, что русские вообще в плен не берут, а если некоторым оставляют жизнь, то только для того, чтобы мучить в лагерях.
Флигель-адъютант князь В.С. Трубецкой, ознакомившись с этими документами, написал Аракчееву: "Не думаете ли вы, ваше сиятельство, что полезно было бы нынешних пленных освободить и отправить их с тем, чтобы они рассказали товарищам своим, как у нас с ними обходятся"14. Это и было сделано в течение 1813-1814 гг. Вернувшиеся из плена опровергли тезисы наполеоновской пропаганды. Всего, по данным штаба Кутузова, из 640 тыс. французов, перешедших российскую границу в течение 1812 г., 160 тыс. сдались в плен.
ИПВ в разных странах имело своеобразные национальные черты. Так, обращения, распространяемые американцами среди немецких солдат в ходе войны США за независимость, содержали в себе предложения весьма практического свойства - обещание земли за дезертирство с точным указанием количество акров, полагающегося каждому перешедшему на сторону американцев (от 100 акров рядовому до 1000 акров полковнику). Эффективность листовок оказалась достаточно высокой: около 6 тысяч из 30 тысяч гессенцев приняли это предложение.
В 60-е гг. ХIХ века, в период войны северных штатов против рабовладельческого Юга, когда северяне широко пользовались манифестом об освобождении негров, американцы начали применять политические темы в ходе оказания ИПВ на войска и население противника.
Исторические факты неопровержимо свидетельствуют о высоком уровне, которого достигла теория и практика ИПВ на население и военнослужащих противника к началу ХХ века. Получили дальнейшее развитие такие направления ИПВ как обоснование причин развязывания агрессии, дискредитация руководства противника, внесение раскола и противоречий в его ряды, фальсификация исторических событий. Возникли технические возможности вести печатную пропаганду путем издания и доведения до объекта воздействия памфлетов, манифестов, воззваний, обращений, писем, информационных листовок и т. д. Начал применяться обратный отпуск военнопленных с пропагандистскими целями. Мероприятия информационно-психологического воздействия стали увязываться с боевыми задачами, выполняемыми вооруженными силами. И хотя к этому периоду не был создан ни один специальный военно-пропагандистский орган, информационно-психологическое воздействие стало частью военного искусства.

2. Информационно-психологическое воздействие на войска и население противника в годы первой и второй мировых войн

Первая мировая война стала поворотным пунктом в развитии теории и практики ИПВ. "Именно тогда было обнаружено, что тотальную войну можно вести атакуя не только лишь тела, но и души людей"15, - отмечал впоследствии один из американских экспертов по пропаганде. В самом начале войны правительства воюющих стран, за исключением Германии, пришли к выводу о необходимости создания специальных органов для оказания ИПВ на войска и население противника, а также для воздействия на общественное мнение в нейтральных странах. С этого момента подобные органы имеются во всех крупных армиях мира.
В 1914 году при министерстве иностранных дел Англии было создано бюро военной пропаганды, позднее управление военной информации, которое в дальнейшем было преобразовано в министерство информации. Министерство осуществляло пропаганду среди военнослужащих и населения зарубежных стран.
В августе 1915 года при 2-м отделе генерального штаба министерства обороны Франции был создан отдел службы военной пропаганды, задачей которого являлось воздействие на противника с помощью листовок. В каждой французской армии имелся самолет для распространения печатных материалов ИПВ.
В 1917 году в ведение психологической войны включились и США, создав при разведотделе штаба экспедиционных войск так называемую психологическую секцию.
Россия, Италия и другие страны в той или иной мере пытались оказывать ИПВ на войска и население противника, но влияние этого воздействия значительно уступало английскому и французскому.
В Германии до августа 1918 года было запрещено заниматься изданием и распространением листовок, поскольку это, по мнению руководства страны, противоречило правилам ведения войны. Из материалов ИПВ разрешалась лишь издаваемая на французском языке для населения оккупированных районов газета "Газетте дес Арденнес", которая с помощью воздушных шаров распространялась и за линией фронта. Когда же запрет был снят и Германия приступила к массовому изданию листовок на американские, английские и французские войска, то время было упущено и добиться сколько-нибудь ощутимых результатов до конца войны ей так и не удалось.
В годы первой мировой войны ИПВ оказывалось путем ведения печатной пропаганды. Основными видами материалов печатной пропаганды являлись: листовки, брошюры, письма военнопленных, открытки, плакаты, фальшивые продовольственные карточки и др. Распространялись эти материалы с помощью авиации и воздушных шаров. Один воздушный шар использовался для доставки 2 кг печатных материалов (от 500 до 1000 экземпляров листовок). Дальность полета регулировалась с помощью длины бикфордова шнура, который зажигался при запуске. В 1918 году в Англии были изобретены и испытаны агитснаряд, агитмина, ручная и винтовочная агитгранаты. Однако они не получили практического применения по экономическим соображениям.
Первой серией листовок в ходе первой мировой войны явились письма немецких военнопленных, находящихся в английских лагерях, своим родственникам. Военнопленные, как правило, использовали возможность, предоставленную администрацией лагеря, чтобы сообщить родственникам о том, что они живы. При отборе писем предпочтение отдавалось письмам рядовых солдат, сообщавших о хорошем обращении в плену, тем более, что существовали специальные "показательные" лагеря, отличавшиеся неплохими бытовыми условиями. Не принимались во внимания письма, содержащие преувеличения, критику против кайзера и других уважаемых в Германии лиц.
Благодаря изобретению в Англии офсетной печати копии писем военнопленных готовились очень тщательно, даже цвет чернил в них соответствовал оригиналу. Зачастую немецкие солдаты принимали эти листовки за оригиналы писем и пересылали их по почте родственникам пленного.
Успех листовок зависел в первую очередь от их содержания. Листовки с неприемлемыми призывами, пренебрежительными текстами или клеветой на уважаемых людей были обречены на неудачу. Солдат на фронте ожидал, что листовки помогут ему, облегчат его участь. Поэтому успехом пользовались листовки, содержащие полезную и интересную информацию. Например, об обстановке на фронте, судьбе сослуживцев, условиях заключения мира, послевоенном переустройстве, а также различные веселые истории, анекдоты и сплетни. Особой популярностью у солдат пользовались иллюстрированные листовки.
В ряде случаев англичане распространяли среди немецких солдат запрещенную в Германии литературу: письма К. Либкнехта, газеты социалистического толка и др.
При оказания ИПВ на войска противника американцы вновь отличились прагматизмом. Так, они эксплуатировали тему голода в немецкой армии. В листовке американских экспедиционных войск, выполненной в форме немецкой полевой почтовой открытки, говорилось: "Подними эту открытку, напиши на ней адрес своей семьи. Если ты попадешь в плен к американцам, то передай эту открытку первому офицеру, который проводит допрос. Он обязан отправить ее твоим родным" Далее следовал текст: "Я нахожусь в плену, легко (тяжело) ранен (не ранен). Не беспокойтесь обо мне. Для меня война закончилась. Нас хорошо кормят: дают говядину, белый хлеб, картофель, бобы и горох, сливки, кофе, молоко, масло, табак и т. п. (ненужное зачеркни)".
В годы первой мировой войны начали применяться листовки с дублированием текста на нескольких языках. Подобные листовки выпускались итальянцами на австро-венгерские войска, имевшие многонациональный состав.
Впервые противоборствующие стороны прибегли к изданию маскировочных печатных материалов, т. е. материалов, авторство которых приписывается противнику. В сентябре 1918 года англичане приступили к изданию маскировочных немецких окопных газет. Рядом с заголовком в газетах помещался портрет кайзера, а также проставлялась цена - 10 пфеннигов. Газеты выходили тиражом 250-500 тыс. экземпляров еженедельно.
С изданием маскировочных газет связан классический пример успешного проведения психологической операции в рамках наступательной операции австро-венгерских войск против итальянцев в октябре 1917 года.
Австро-венгерская разведка получила информацию о гражданских беспорядках в северной Италии. В частности, в Турине происходили волнения, войска при разгоне демонстрантов применили оружие, что повлекло за собой человеческие жертвы. Через агентов удалось узнать имена убитых и другие данные, получившие известность среди жителей Турина и его окрестностей. В Австрии были отпечатаны специальные номера хорошо известных в северной Италии газет с отчетами о происшедших волнениях и списками пострадавших. Причем акцент делался на расправы полиции над женщинами (подразумевалось - женами солдат), протестовавшими против скудных продовольственных рационов. Затем был определен объект воздействия - часть, укомплектованная выходцами из Турина и провинции Пьемонт. 24 октября 1917 года с помощью авиации газеты были распространенны среди итальянских военнослужащих. Прочитав газеты, пьемонтцы решили оставить оборонительные позиции и вернуться домой для наведения порядка. На следующий день фронт на этом участке был прорван. Несмотря на то, что соотношение численности итальянских и австро-венгерских войск было 7 к 4, итальянская армия потерпела тяжелое поражение, потеряв убитыми и пленными около 500 тыс. военнослужащих.
Всего за годы войны над немецкими позициями и в тылу французы распространили 29 млн. экземпляров листовок, т. е. примерно по 750 тыс. в месяц, англичане распространяли до 1 млн. экземпляров листовок в сутки16. К августу 1918 года обработка союзниками немецких военнослужащих достигла такой интенсивности, что на участке фронта в 150 км ежедневно сбрасывалось по 100 тыс. листовок17.
Помимо печатной пропаганды на фронтовых позициях использовались репродукторы-громкоговорители, т. е. были предприняты попытки ведения устного вещания, но лишь в качестве первого опыта.
После окончания войны немецкие военачальники неоднократно заявляли, что Германия потерпела поражение не на поле боя, что "ее армия никогда не была разбита", а исход был предрешен тем, что рухнул тыл, поскольку "чужеродные и радикальные элементы стали легко добычей иностранной пропаганды"18.
Немецкий генерал Людендорф следующим образом оценил эффективность пропаганды союзников на немцев: "Мы так искусно и в таком объеме подвергались вражеской пропаганде, что вскоре многие были не в состоянии различать, что является пропагандой противника, а что своим собственным восприятием... мы не сражались больше до последней капли крови. Многие немецкие мужчины не хотели умирать за Отечество"19. А генерал фон Гинденбург признавал, что немецкие солдаты все больше позволяли вражеской пропаганде "отравлять себя и сами отравляли других".
Сразу после окончания первой мировой войны в западных странах проявили повышенный интерес к ее политическому опыту. Были написаны десятки исследований, созданы специальные кафедры во многих университетах, которые приступили к подготовке квалифицированных специалистов. Обобщенный опыт и накопленные теоретические познания в области военной пропаганды на Западе были объединены в единую теорию, которую немецкий ученый Фуллер в 1921 году назвал теорией психологической войны.
Военные теоретики почти единодушно признали, что пропаганда является составной частью военного искусства. Выражая их точку зрения, один из специалистов психологической войны англичанин П. Г. Уорбертон писал следующее: "В современное время основной задачей в войне является не уничтожение вооруженных сил противника, как это было раньше, а подрыв морального состояния населения вражеской страны в целом и до такого уровня, чтобы оно заставило свое правительство пойти на мир. Вооруженное столкновение армий - это лишь одно из средств к достижению этой же цели"20.
Вторая мировая война подвергла проверке жизненность теоретических положений об эффективности умело организованного ИПВ на войска и население противника.

Основными формами ИПВ в ходе войны явились печатная и радиопропаганда. В меньших масштабах были представлены устная пропаганда и наглядная агитация.
Основными органами, отвечавшими за оказание ИПВ на войска и население противника явились: в СССР - Бюро военно-политической пропаганды, в Великобритании - "Исполнительный комитет политической войны", в США - "Бюро военной информации", в Германии - Министерство народного просвещения и пропаганды.

Сделав соответствующие выводы из опыта первой мировой войны, руководители фашистской Германии с большим вниманием отнеслись к проблемам ведения военной пропаганды. Зал съезда национал-социалистов в Нюрнберге в 1936 году украшал лозунг: "Пропаганда помогла нам прийти к власти. Пропаганда поможет нам удержать власть. Пропаганда поможет нам завоевать весь мир"21
Сразу же после прихода к власти в Германии Национал-социалистской партии гитлеровское руководство образовало Министерство народного просвещения и пропаганды во главе с Йозефом Геббельсом. В самом Вермахте при штабе Верховного главнокомандования в апреле 1939 г. был сформирован отдел пропаганды. Ему подчинили специальные воинские подразделения - роты пропаганды. Согласно инструкции № 51/39, они предназначались для решения следующих задач: ведения пропаганды среди немецкого населения и военнослужащих ("пропаганда на родину"), ведения пропаганды в прифронтовой полосе ("фронтовая пропаганда") и ведения пропаганды среди войск противника ("пропаганда на врага"). Кроме того задачи по подготовке и распространению листовок, а также обратного отпуска военнопленных выполняли группы по разложению противника из состава команд и армейских групп "Абвера".
По степени важности пропаганда на противника приравнивалась к вооруженной форме борьбы. "В современной войне, - говорилось в одном из постановлений германского правительства от 1 сентября 1939 года, - используются не только средства вооруженной борьбы, но и средства, которые должны воздействовать на моральный дух народа, подрывая его".
В своей деятельности эти структуры руководствовались указанием Гитлера о том, что "есть более глубокая стратегия - война интеллектуальным, психологическим оружием...", когда "место артиллерийской подготовки перед атакой пехоты... займет пропаганда, которая сломит врага психологически, прежде чем вообще вступят в действие армии".
Первую проверку на практике пропагандистские акции гитлеровской Германии прошли в 1933 году, когда была развернута массированная радиопропаганда на население Австрии с целью смещения правительства этой страны. В дальнейшем для обеспечения более благоприятных условия для ведения радиопропаганды в Австрию была направлена большая партия дешевых радиоприемников22.
Своего самого крупного успеха немецкая пропаганда добилась в 1940 году в период оккупации Франции. За несколько месяцев до вторжения во Францию немцы стали активно использовать так называемые "черные" передатчики, которые выдавали себя за французские радиостанции. Через них распространялись всевозможные слухи, подвергалось критике французское правительство, сеялись неуверенность и панические настроения среди населения и военнослужащих. В результате к моменту решительного наступления немецких войск морально-боевой дух французской армии был настолько подорван, что она была не в состоянии оказать серьезное сопротивление.
Руководство Германии активно использовало информационные каналы с целью сокрытия своих агрессивных намерений и формирования образа врага у своего населения и военнослужащих.
После заключения 23 августа 1939 г. советско-германского Пакта о ненападении в структуре германской пропаганды в отношении СССР произошла резкая перестройка. С целью дезинформирования советского руководства Геббельсом было отдано указание воздерживаться от открытых нападок на Советский Союз. "Надо держать своего противника в неведении относительно целей Германии", - заявлял в апреле 1940 г. Геббельс.
Министерство пропаганды установило жесточайшую цензуру на все материалы, где имелись хоть малейшие сведения об СССР и требовало от СМИ проявлять сдержанность в публикациях о русских и их достижениях. В секретной инструкции Геббельса от 30 января 1940 г. говорилось и о нецелесообразности помещать в печати какие-либо "положительные материалы о России, ... так как благодаря политике прошлых лет читатели настроены совсем по-другому и неожиданным изменением направления публикаций были бы сбиты с толку". Гитлеровская печать и радио распространяли на внутреннюю аудиторию лишь короткие информационные сообщения о СССР, представлявшие интерес в первую очередь для офицеров вермахта. Например, о транспортных коммуникациях Украины и Белоруссии, возможностях крупных железнодорожных узлов, о боевой подготовке войск западных приграничных военных округов, новых видах вооружения и военной техники, поступающих в соединения и части, дислоцированные в Прибалтике, на Украине и в Белоруссии.
Для того чтобы не ввести в заблуждение население и военнослужащих и продолжать исподволь приучать их к мысли о возможном нападении на Россию, гитлеровские пропагандисты стали прибегать к цитированию в СМИ выгодных для себя материалов западных информационных агентств, но без каких-либо комментариев, дабы к ним было больше доверия. При этом нередко использовался так называемый прием "игра в стенку" когда подобные материалы разрабатывались пропагандистскими органами или спецслужбами самой Германии. В дальнейшем, как свидетельствует директива "О влиянии военной пропаганды на врага", данные материалы через "особо доверенных журналистов" должны попадать в западную печать как сенсационные. Предпочтение при этом отдавалось СМИ Швеции и Швейцарии. Считалось, что пресса этих нейтральных стран наиболее объективно и непредвзято освещает события, происходящие в мире. После появления подобных материалов германские СМИ начинали выражать сожаление, что такие вот "дела русских" омрачают германо-советские отношения.
Такая информационная политика принесла определенную пользу германскому руководству. В СССР были запрещены публикации с критикой деятельности фашистского руководства. Попытки некоторых газет дать объективный взгляд на события в Германии подвергались резкой критике. Так, сохранилась запись разговора И. В. Сталина с начальником ПУ РККА Львом Мехлисом: "Почему "Красная звезда" до сих пор публикует материалы с критикой фашизма?! Немедленно прекратить!"
Точку в окончательном дезориентировании страны поставило небезызвестное сообщение ТАСС от 14 июня 1941 года, в котором говорилось об "очевидной бессмысленности" муссируемых в иностранной печати слухов о "близости войны между СССР и Германией" и утверждалось, что "слухи о намерении Германии предпринять нападение на СССР лишены всякой почвы".
С конца 1940 г. немецкие ведомства, задействованные в пропагандистской войне против СССР, начали активную работу по сбору информации в интересах проведения пропагандистских кампаний: обрабатывались материалы красноармейских газет приграничных военных округов и другая периодическая печать, вплоть до многотиражек крупных заводов и ведомственных журналов, выходящих небольшими тиражами. К работе привлекались так называемые "специалисты по России", в том числе и из состава русских, украинских, белорусских, прибалтийских эмигрантских организации, изъявивших желание сотрудничать с немцами. Они готовили аналитические материалы для органов пропаганды, определяли слабые стороны советских военнослужащих, вскрывали проблемы советского общества, разрабатывали рекомендации по информационно-психологическому воздействию на личный состав Красной Армии и население с учетом национально-психологических особенностей, традиций и культуры.
Армейская разведка "Абвер" осуществляла засылку в СССР наряду с разведчиками и диверсантами (в обязанности которым вменялось помимо выполнения основного задания проводить и акции информационно-психологического характера, в частности, сеять слухи, распространять компрометирующие материалы на руководство страны, командный состав РККА и т.п.) специально подготовленных агентов-пропагандистов из числа эмигрантов и лиц, свободно владеющих русским языком и языками других народов СССР, а также эмиссаров-пропагандистов различных националистических организаций. Так, одна из школ "Абвера" первую партию таких агентов-пропагандистов направила в феврале 1941 года, вторую - в мае 1941 года. Они осели в приграничных военных округах, имея задачу до начала военных действий "подготовить почву" для предстоящих психологических акций против военнослужащих РККА и населения. Агенты для выполнения своих заданий вербовали обиженных или недовольных советской властью, распространяли через них листовки, компрометирующие материалы, слухи, способствующие разжиганию национальной вражды и т. д.
О тщательности и скрупулезности подготовки содержательной стороны пропаганды, расстановки акцентов наглядно свидетельствует запись Геббельса в дневнике от 5 июня 1941 г.: "Директивы о пропаганде против России: никакого антисоциализма; никакого возвращения царизма; не говорить открыто о расчленении русского государства, так как мы озлобим армию, которая состоит в основном из русских; против Сталина и стоящих за ним евреев; земля - крестьянам, но колхозы пока сохраняются, чтобы спасти урожай; острые обвинения в адрес большевизма".
Отдел пропаганды штаба Главнокомандования подготовил директиву о применении пропаганды в операции "Барбаросса". Она стала основополагающим документом по организации и ведению психологической войны против СССР. В директиве определялись цели пропаганды, ее формы и методы, она была направлена в войска 6 июня 1941 г.
Основными целями пропагандистского воздействия на красноармейцев и командиров РККА и гражданское население в прифронтовой полосе ставились: устрашение противника; усиление пораженческих настроений; создание позитивного представления о плене; подрыв авторитета государственного и военно-политического руководства СССР; побуждение к добровольной сдаче в плен и к дезертирству; подрыв авторитета командиров и начальников, неповиновение им; усиление недовольства гражданского населения положением в стране; побуждение населения к лояльному отношению к военнослужащим вермахта; усиление тревоги за судьбу родных.
Министерство пропаганды отпечатало к 22 июня 1941 г. свыше 30 млн. листовок, красочных пропагандистских брошюр карманного формата на 30 языках народов СССР и подготовило несколько радиопередач. На Восточном фронте было сосредоточено 17 рот пропаганды. В течение первых двух месяцев войны ими было распространено около 200 млн. листовок.
В 1943 году пропагандистские войска становятся самостоятельным родом войск, их численность достигает 15 тысяч человек.
Органы пропаганды стран антигитлеровской коалиции в своей деятельности делали основной упор на следующие виды пропаганды в зависимости от ожидаемого эффекта: конверсионную, разделительную, деморализующую и пропаганду плена.

Пропаганда (от латинского propaganda - подлежащее распространению) представляет собой воздействие на сознание (подсознание), политические и ценностные ориентации объектов (групп объектов) посредством распространения воззрений, идей, учений с целью формирования мировоззрения, соответствующих интересам воздействующей стороны.

Военная пропаганда - это использование информационных каналов в интересах политической поддержки ведущихся военных действий и общих целей, поставленных перед собою воюющими сторонами.

Конверсионная пропаганда - это массированное пропагандистское воздействие на ценностные ориентации человека или групп людей с целью изменения его (их) установок, отношений, суждений и взглядов на политику, проводимую высшим военно-политическим руководством страны.

В военное время главной целью конверсионной пропаганды является изменение отношения населения и военнослужащих к характеру войны со своей стороны и признание ее несправедливой и агрессивной. Однако, несмотря на активную политическую пропаганду, особенно со стороны СССР, в ходе войны достичь этой цели в полном объеме не удалось. Значительная часть как личного состава немецкой армии, так и населения Германии до конца войны оставалась под влиянием фашистской идеологии.
Этому способствовали следующие причины:

  • хорошее обеспечение германской армии продовольствием и другими видами снабжения, а также средствами связи, оружием и боеприпасами, что способствовало поддержанию веры в возможность победы;
  • опасение немецких военнослужащих возмездия в случае поражения;
  • активная деятельность гестапо и других карательных органов, направленная на борьбу с инакомыслием;
  • высокая эффективность немецкой внутриполитической пропаганды;

Разделительная пропаганда - это пропагандистское воздействие, направленное на разжигание межгрупповых противоречий на основе различий религиозного, национального, социального, профессионального и др. характера с целью ослабления единства в рядах противника вплоть до его раскола.
Значительную роль в ходе реализации целей разделительной пропаганды сыграла дискредитация военных и политических руководителей Германии.
В начале войны англичане сбрасывали над Германией листовки, в которых крупным шрифтом указывались суммы, якобы помещенные в иностранные банки Герингом, Геббельсом, Риббентропом, Гиммлером и другими руководителями рейха. Текст листовки гласил, что при любом исходе войны эти люди не пострадают. Кроме того, в этом материале вместе с попытками вызвать неприязнь к руководству страны, населению внушалась мысль о том, что соратники Гитлера сами не верят в свою победу.
К концу войны западные союзники разбрасывали над Германией фальшивые почтовые марки рейха с портретом Гиммлера в расчете на то, что циркуляция таких марок сможет вызвать подозрения у Гитлера и тем самым спровоцировать распри среди нацистского руководства.
Для разжигания разногласий в лагере противника и порождения атмосферы недоверия использовались маскировочные печатные материалы.
Так, англичане издали и распространили листовку в сентябре 1943 года содержание которой выдавалось за обращение гауляйтера Коха к немецкому народу. В этом "обращении" Кох говорил об опасности, нависшей над фюрером и бранил некие "реакционные круги", собирающиеся свергнуть Гитлера. Целью листовки являлась попытка внушить немцам мысль о том, что далеко не все благополучно в руководстве рейха.
В ходе ведения разделительной пропаганды широко использовалась и дезинформация.
Чтобы спровоцировать шпиономанию англичане передавали "поздравления по радио (микрофоном) легко рассекречиваемой шифровкой своих вымышленных агентов за отличную работу, которую они проделали во вражеской стране".23
Для оказания воздействия на боевую мощь немецких ВВС, Би-би-си сообщала о случаях дезертирства немецких летчиков со своими самолетами в Англию. При этом упоминались фамилии пилотов, сбитых во время воздушных налетов. Цель данной акции заключалась в попытке спровоцировать командование совместно с гестапо на проведение чисток среди личного состава ВВС, а также посеять недоверие летчиков друг к другу и тем самым повлиять на их моральный дух и снизить боеспособность.

Деморализующая пропаганда - это пропагандистское воздействие, направленное на ослабление психики человека, обострения его чувства самосохранения с целью снижения морально-боевых качеств вплоть до отказа от участия в боевых действиях.

Среди мотивов, использовавшихся для дестабилизирующего воздействия на психику населения и военнослужащих противника, можно выделить следующие:

  • "траур" - напоминание о смерти (над японскими позициями сбрасывались листовки со стихами о смерти, радио Люксембург одно время транслировало передачу "Письма, которые вы не получили", в которой приятный женский голос зачитывал отрывки из писем, найденных на телах убитых немецких солдат);
  • "голод" - эксплуатация продовольственных затруднений противника (на позиции сбрасывались красочные открытки, изображающие различные кушанья и деликатесы);
  • "проигранное дело" - внушение противнику, что его положение безысходно;
  • "семейные мотивы" - использование темы "детей, ждущих возвращения отца", спекуляции по поводу жен, изменяющих фронтовикам с "тыловыми крысами";
  • "превосходство в силе" - показ неспособности противника противостоять силе союзников (в английских листовках, разбрасывавшихся над Германией, звучал вопрос: "Где люфтваффе?", над Японией и Италией сбрасывались листовки, предупреждавшие жителей городов о точном времени начала воздушного налета).

Пропаганда плена - это пропагандистское воздействие на человека или группы людей, направленное на формирование положительных установок по отношению к сдаче в плен как единственно разумному и безопасному выходу из сложившейся обстановки.

Стремление избежать смерти или физических страданий в экстремальной ситуации, которую представляет собой боевая обстановка, вызывает у людей с низкими морально-психологическими качествами реакцию, в основе которой лежит, как правило, эгоистические мотивы: уклонение от участия в боевых действиях, сохранение своей жизни любой ценой. Такие военнослужащие и были подвержены эффективному ИПВ. Особенно это характерно в случае неудачно складывающегося хода боевых действий.
По форме пропаганда плена в годы второй мировой войны была многообразной и отличалась большой изобретательностью. Над немецкими городами сбрасывались листовки с адресами и списками военнопленных из данного города с приветами их родным. Распространялись информационные листовки, объединенные общей темой: "Как живут военнопленные в Советской России?".
В материалах печатной пропаганды приводились факты организованной капитуляции под руководством немецких генералов. Так, генерал-лейтенант В. Мюллер, исполнявший обязанности командующего 12-м армейским корпусом, 8 июля 1944 года сдался в плен, а затем отдал приказ о капитуляции личному составу объединения. В листовке под названием "Генерал Мюллер поступил разумно" был помещен его портрет, а также фотокопия приказа с факсимиле. Уже 9 июля 2 тыс. человек сдались в плен, а в целом приказу генерала из 33 тыс. окруженных последовало 15 тыс. военнослужащих.
Из Корсунь-Шевченковского котла вышли 55 тыс. солдат и офицеров с листовками, призывавшими к сдаче в плен, написанными генералами Зейдлицом и Корфесом.
С целью склонения военнослужащих противника к сдаче в плен получил дальнейшее развитие и такой способ ИПВ как обратный отпуск военнопленных. В случае безысходного положения частей противника и низкого боевого духа его войск использование такого способа было весьма эффективным. Так, если в январе 1943 года из состава 96-й дивизии в район окружения под Сталинградом было заслано 34 пленных, из которых смогли вернуться только пятеро, приведя с собой 312 военнослужащих противника, то в мае 1945 года все 54 засланных военнопленных вернулись из окруженного гарнизона г. Бреслау, приведя с собой около 1500 солдат и офицеров противника. Учитывая необходимость быстрой засылки военнопленных через линию фронта, командование 2-го Белорусского фронта в 1945 году издало приказ, разрешавший всем офицерам в должности командира взвода и выше, не дожидаясь разрешения вышестоящего командования, засылать военнопленных в тыл противника с задачей агитации за сдачу в плен.
Об эффективности печатных материалов, пропагандирующих плен свидетельствует и тот факт, что в ходе Тунисской наступательной операции, непосредственно перед взятием Туниса, американские листовки-пропуска в плен пользовались большим спросом у солдат-итальянцев. За одну такую листовку они охотно платили 600 франков. Данный факт заставил многих американских военачальников изменить свое скептическое отношение к возможностям военной пропаганды.
В ходе второй мировой войны появилась и активно использовалась так называемая "черная пропаганда", т.е. такой вид пропаганды при ведении которой принадлежность ее источника приписывается оппозиции или группам сопротивления в рядах противника. Классический пример ведения черной пропаганды - деятельность радиостанции под руководством англичанина С. Делмера. Он выступал в роли старшего германского офицера и через радиостанцию, якобы расположенную в лесах Тюрингии, ежедневно обращался к немецким военнослужащим с размышлениями о положении на фронте и в Германии. С целью придания содержанию радиопрограмм объективности он критиковал как фашистских руководителей, так и западных лидеров.
Радиоканал был настолько хорошо замаскирован, что даже в американской разведке некоторое время его принимали за истинный.24
Немцы для ведения черной пропаганды использовали три радиостанции, якобы вещавшие с территории Великобритании. Одна станция называлась "Радио Каледонии" и вещала от имени шотландских националистов против Англии. Другая носила в своем имени название "рабочая" и представляла мнение левых сил. Третья называлась "Новое Британское Радиовещание" и готовила новостные передачи в духе Би-би-си.
Одним из важнейших элементов "черной" пропаганды является распространение слухов. С помощью слухов решались задачи по дискредитации военно-политического руководства, деморализации населения и военнослужащих, дезинформации и т.д. Например, в ходе "странной войны" во Франции в 1939-40 гг. заблаговременно заброшенная гитлеровская агентура с помощью слухов о неминуемом военном поражении и преднамеренно имитируемого панического поведения создавала среди французского населения панику в больших масштабах, что привело к полной дезорганизации тыла.
Опыт ведения пропаганды в ходе второй мировой войны представляет собой значительный вклад в теорию и практику ИПВ на войска и население противника в условиях боевых действий. Он еще раз подтверждает огромное значение и возможности этой деятельности как эффективного средства подрыва морально-боевого духа войск противника в интересах выполнения боевых задач.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

История войн наглядно продемонстрировала необходимость проведения и эффективность умело организованной работы по воздействию на морально-психологический потенциал противника. Начав формироваться в качестве средства устрашения, теория информационно-психологического воздействия в ХХ веке стала неотъемлемой частью военного искусства.