Боеспособность разведывательных частей в вооруженных силах России

E-mail Печать

Интервью с Разведчиком
сентябрь 2000г.

Началось применение частей Главного Разведывательного Управления (ГРУ) (у которых основное предназначение - ведение разведки в глубоком тылу противника), для выполнения боевых операций, которые могут выполнять подготовленные общевойсковые части. И поэтому все подразделения специального назначения ГРУ используются как обыкновенные десантно-штурмовые роты (ДШБ) для проламывания обороны противника, уничтожения того или иного укрепления, базы, складов. При этом идет гибель офицеров, на подготовку которых затрачивается слишком много средств и предназначение которых сегодня не соответствует тем задачам, которые они выполняют. И более того, идет самое печальное, как говорится, переориентирование учебных заведений на подготовку специалистов по выполнению задач, то есть произошло ошибочное применение и начинается ошибочная подготовка.
Если будет завтра война, нет подготовленных специалистов для ведения глубинной разведки, потому что в том же самом училище, где готовили специалистов для глубинной разведки ГРУ, уже готовят их для совершенно другого. Тот же самый офицер ГРУ проходил только частично ведение боевых действий на БТР, БМП в прифронтовой полосе, а на сегодняшний день большая часть его учебы тратится на отработку операций по ведению именно таких видов боя. Это абсурд! Идет вот такой перекос. И это самое печальное.

Какова ситуация в ВДВ, сухопутных войсках?

Если что-то там и существует, как в ВДВ, так и в прочих войсках, то оно не является системой, а вызвано только личностными особенностями отдельных командиров, их личному "здоровому фанатизму", пониманию необходимости ведения разведки и соответственно тщательной разведподготовки. Да и то - такая подготовка в основном базируется на каких-то занятиях спортом, тогда как спорт и разведка - вещи практически не совсем совместимые.
В связи с затянувшимся конфликтом, который идет беспрерывно уже 5-6 лет существует отток, порядок замены кадров, то есть все войсковые части у нас сейчас работают не на подготовку к будущей войне, а как бы являются подготовительными базами для отправки людей в Чечню. И за счет этого появляется опять однобокость, т. е. театр военных действий - только Северный Кавказ, отсутствует северная подготовка - лыжная подготовка вообще пропала в частях. Если войска проводят учение, то это уничтожение бандформирований в каком-то регионе, нет широкомасштабных учений по отражению войск наиболее вероятного противника. Это проводится только в виде командно-штабных учений, на картах и отрабатываются лишь частичные варианты. То есть всю нашу боевую подготовку на сегодняшний день переключили на вот такое видение войны: локальная, бандформирования и прочее. Считается, что широкомасштабной войны не может быть.

Определен ли четко в официальной политике вероятный противник?

Военная доктрина принята, и мы видим все-таки основную угрозу со стороны США и Европы.

А Азия?

Пока нет. И именно из-за этого видения доктрины, у нас отпало укрепление оборонительных сооружений в Азии. То есть те оборонительные системы, построенные на границе с Китаем, на сегодняшний день разрушены, и даже не только частей, предназначенных для отражения агрессии с той стороны, войск достаточных для поддержания этих оборонительных сооружений у нас нет.
Да и вся реформа армии идет не по тому пути: из-за отсутствия ресурсов остановились на создании корпуса быстрого реагирования и все. А Русь, Россия всю жизнь держалась на четкой мобилизационной работе. И сегодня, когда нет денег на содержание достаточных Вооруженных Сил, имело бы смысл имеющиеся средства направить именно на мобилизационную подготовку, потому что мы реально осознаем, что денег на поддержание хорошо подготовленной даже небольшой армии нет. И даже если сделаем какие-то отдельные части укомплектованными и подготовленными, они не смогут отразить широкомасштабную агрессию. В этой ситуации, может быть, количество таких частей еще уменьшить, но освободившиеся средства направить на мобилизационную подготовку, создание второго эшелона, второй волны. Нет работы с казаками, потому что как бы ни было, казачество, являвшееся всю жизнь оплотом Российской империи (за исключением последних семидесяти лет), было экономически выгодным оплотом, потому что за счет дачи им небольших привилегий, они содержали мощный мобилизационный корпус и во время угрозы были способны выставить значительное количество подготовленных частей.

Нынешнее казачество разве соответствует тому старому, да и новому уровню требований?

Они и не будут соответствовать, потому что да, Закон о казачестве принят, но даже в Законе о казачестве нет задач, которые ставятся перед казачеством. Он касается скорее неких правил общественной жизни, как то - ношение формы одежды, традиций, а четко определенных задач по охране Российской империи у них просто-напросто нет. И тех требований, согласно которых они в случае военной угрозы должны выставить такое-то количество активных штыков тоже нет. То есть нужно сначала ставить мобилизационные задачи перед казачеством и уж потом определять права и льготы, необходимые для решения этих задач.

За счет чего до сих пор подготовка и боевой дух в ВДВ все-таки выше нежели у других войск?

Первое, это нужно правительству. Разрушение Российской армии до конца им тоже не выгодно, потому что если разрушить все силовые структуры, в случае возникновения беспорядков, нечем будет поправлять. Поэтому необходимо поддержание некоторого количества привилегированных частей.

А это не внутренние войска? ВДВ? Их же постоянно сокращают!

Именно ВДВ. Да, сокращают, но в то же время привилегии увеличатся.
Вторая причина - это личностные черты русского человека. Для русского человека очень важен образ, который он способен пополнить собой. Образ ВДВ, летающего десантника, способного выполнить любые задачи, он до сих пор сохраняется. И попав в этот образ, русский человек начинает ему соответствовать. И в сохранении ВДВ боеспособными особых заслуг правительства или кого-либо другого нет, а есть заслуга тех людей, которые этот образ создали. Это первый Главком ВДВ Маргелов, огромная ему благодарность, потому что благодаря именно им и существует этот образ всемогущего десантника. И еще спасибо русскому человеку, который всегда стремится соответствовать высоким образам.

Каковы основные предпосылки существования той разведки, какую Вы хотели бы видеть?

Заглядывая в военное и послевоенное прошлое, читая документы того времени, можно увидеть, что ГРУ был никому не подчинен, оставался вольным. Он входил в состав Министерства обороны, стоял у него на довольствии, но в то же время министру обороны не подчинялся, а подчинялся Политбюро страны, однако внутри Политбюро - никому конкретно. Поэтому ГРУ являлся структурой с задачами вести разведку вне чьих-либо частных интересов. Отсюда появлялось как бы целостное видение - в интересах только государства.
КГБ и прочие, как ни крути, - это институты личностей (у которых есть свои интересы, иногда не совпадающие с интересами государства).
Сталин из опыта ведения ВОВ вынес мысль, что разведка, для наиболее полного соответствия своему предназначению, должна быть вольной от властных структур для того, чтобы видеть всю систему, а не замыкаться внутри системы. И если мы сегодня хотим действительно, разведку должны сделать такой: подготовка разведчика, особенно идеологическая обработка, не должна вестись с точки зрения правительства и государственной идеологии, доминирующих в настоящий момент. Разведчик должен быть свободен в системе: Россия - есть, Россия будет, режимы могут быть всякие. Разведчик работает не только на выполнение задач сегодняшнего дня, он работает на выполнение задач Завтра, Послезавтра.
Поэтому, если мы хотим иметь и далее хорошую разведку, краеугольный камень подготовки должны закладывать сегодня.

А если мы хотим иметь сильное государство, должны иметь сильную разведку?

Без этого - никак. Разведка - глаза и уши... и еще чувство интуиции, по которому - шагнуть. Это - первое. Второе - нельзя разделять задачи. На сегодняшний день задачи разведки разделены: есть Службы Внешней Разведки (СВР), есть ГРУ, есть просто Федеральная Служба Безопасности (ФСБ), ведущая разведывательную деятельность... И человек не верит ни одной разведке - получает три различные информации из-за того, что ведомственно они закрыты, а пока доходят от первоисточника до заказчика, сильно видоизменяются.
Если мы создаем разведку, которая действует совершенно самостоятельно, имеет вольность, ей нужно верить. Тогда, из-за того, что она не подчинена ведомственно, информация искажаться не будет, тогда можно будет Видеть. И конечно сильнее одна мощная система, нежели три слабых. Понимаете? Если необходимы сегодня ФСБ, СВР, то нужно сделать перераспределение задач, тем более что на опыте последних лет видно, что все вот эти структуры свои задачи не выполнили. Например, война в Дагестане и прочее, и прочее. Тут надо видеть корни: или информация не доходила, или доходила в искаженном виде, или она нужна была кому-то, чтобы она пропала. А она (информация) должна быть, и не должна пропадать!

Комментарий редакции
Интервью, приведенное выше, практически не редактировалось. Мы стремились сохранить стилистику речи Специалиста, так как, анализируя некоторые речевые обороты, можно увидеть его образ мысли, отношение к проблемам (где-то отстраненное, где-то личное). Так, любопытно, что о ГРУ, Специалист упоминает в мужском роде...
Читателю есть над чем поразмыслить...